31. "О СашБаше, Кинчеве, себе, жизни "

Журнал "Забриски Rider" № 5/1998 г.

Впервые с Костей Кинчевым мы познакомились в мужском туалете Ленинградского рок-клуба. Панкер представил его как своего знакомого из Москвы. Он был симпатичным, с пронзительными угольно-черными глазами, с челочкой, ниспадающей на лоб... Второй раз он возник уже тогда, когда Панкер мне сказал про него: " Костя поет хорошие песни... Так вот, - говорит, - не мог бы ты помочь ему записаться?" . "Ну, - говорю, - наше дело: пыхнул и вперед". Бог придал нам силы. Панкер согласился на все условия. Мы встретились с Костей во второй раз уже у церкви... не помню названия - та, что у Летнего сада. Там Панкер работал в театральном институте звукооператором - и он привел нас в свой театральный институт. Пришел Заблудовский Андрюша, Балашов - "секретовцы". Сели. Мне Костя пропел свои песни... Наметили приблизительные аранжировки. Да они сами великолепные музыканты, мгновенно схватили все. Записали первую песню - "Доктор Франкенштейн", потом туда-сюда ... и получилось так, что вошли мы в студию в два часа дня, а вышли в два часа ночи уже со сведенным альбомом. В общем, было замечательно. Потом мы решили назвать этот альбом "Нервная ночь". А так как Костя меня постоянно "подлечивал" (от Франкенштейна и перешло к нему то... некоторое состояние - докторское), так он стал Доктором. Был 84-й год.
Состав "Алисы" сложился тогда, когда моя группа "Хрустальный шар" ...разошлась. У меня группа без основного гитариста (он женился и уехал) несколько растеклась. Ко мне подошел Паша (Кондратенко) на заседании рок-клуба и, как человек деловой, предложил объединиться. Представил мне Шаталина. А Шаталина я уже до этого видел - он играл в группе "Демокритов колодец", им самим созданной, и когда я от Паши узнал, что человек, приехавший из Красноярска, умудрился создать здесь группу, написать для нее сам тексты, музыку... Шаталин был такой - Железный Дровосек - совершенно спокойный, очаровательный мужчина. Он мне импонировал больше всех в этой группе... И было видно, что от Шаталина там основная энергия и идет, несмотря на то, что он сам по себе очень скромный и спокойный. Мы с ним собрались и поработали. Ситуация была такая: Шаталин любил "бостон", хард-рок, Паша - более мягкую музыку, я увлекался психоделическими сложными штуками, поэтому сначала произошла несостыковка. Но потом я их уговорил... с помощью алкоголя, места и аппаратуры: " Ребята, почему бы нам не сойти с ума и начать изначально с хаоса?". И вот первое выступление "Алисы" в корабельном институте на танцах для студентов. Мы выскочили на сцену с криком "Ха-а!", ударили по струнам, публика обернулась... и побежала. Бегом! Вся! Не сговариваясь! Мне пришлось в микрофон кричать :"Ребята, стойте, мы, собственно говоря, ничего против вас не имеем...". Остановились они метрах в десяти - стоят, на сцену поглядывают. Ну, вернулись они обратно, послушали все, потом даже начали танцевать...
Мы искали вокалиста - поскольку я прыгал с гитарой и часто попадал мимо микрофона, то есть не успевал кувыркаться и одновременно петь... ситуация клоунская... И когда Панкер познакомил нас с Костей, я предложил ему это. Тот согласился: " Давайте, помогу, мне нравятся ваши песни". Но я говорю: " Нет, у тебя же достаточно сложная своя психоделическая позиция, хорошая программа". Тем более - я не поэт, я занимаюсь другими делами. Поэтому мы сделали программу целиком на его стихи... Сделали классную программу.
Мы не несли политических идей. Пожалуй, мы просто несли идею правды - а правда сама по себе политична...потому что, как говорят политики, "лучше вовремя смолчать, чем класть голову на плаху", По молодежным газетам, говорят, тогда распространялись списки запрещенных групп - тех, которые нельзя упоминать в статьях в положительном смысле. Числилась в тех списках и "Алиса"... Потому что идея жизни - она всегда запрещена идеей болота.
...Костя пригласил меня в Москву. Я в Москве никогда не был.., так что смотрел на нее с этаким питерским шовинизмом: ну-ну, Доктор, показывай свою белокаменную... Выходим на Красную площадь. "Это что, - говорю, и есть Красная площадь? ... А почему она такая горбатая? На фотографиях она прямая...". Доктор обиделся: "Ну уж какая есть!". "А не слабо бы нам, Доктор, сыграть концертик на Лобном месте?" - "Не-ет, не выйдет, отвечает он, - тут ментов полно, за 15 метров не подойдешь".
Ну, ладно. Как-то раз засиделись мы с ним в гостях тогдашнего редактора журнала "Экран". Ушли в половине пятого утра. А к старой костиной квартире нужно было идти как раз через Красную площадь. Ранее утро, ни одного мента поблизости, а на Лобном месте сидит компания каких-то венесуэльцев с гитарами. Были они какой-то коммунистической делегацией. "А дайте-ка нам гитарки", - попросили мы у них. Дали. Сыграли мы с Костей по песенке на Лобном месте. Как и планировали. Венесуэльцам понравилось, хотя они ничего не поняли. "О-о-о!" - залопотали они.
Ладно. Подходим к Мавзолею. Спрашиваю: "Ты был в Мавзолее?" "Нет, не был". "А не слабо бы нам сейчас зайти в Мавзолей?" - "Ну что, пошли". Костя только ногу занес над ограждением - как начали бить куранты. Шесть часов. Костя подумал-подумал и говорит: " Не, не пойдем. Примета нехорошая: шесть часов бьет, и тут еще к Ленину идти..."
Я понимаю, что этот вопрос все равно мне зададут, как задают его всякий раз, когда мне приходится давать интервью.
- Но все-таки почему вы разошлись с Костей?
Я отвечаю по возможности кратко: " В результате творческого несогласия. Подчеркиваю - творческого".
Или еще спрашивают в категоричной форме : "Что между вами произошло?" - "Между нами ничего не произошло. Он был и остается моим старшим братом. Просто у каждого вокзала оказалась своя дорога".
С. Задерий