4. "Я - не хулиган!"

Журнал "Рокси" № 14, 1987 год.

- Как говорится, всё по Ильфу и Петрову: пытаться запустить 6000 человек за полчаса в одну дверь...
- Что кроме этого, на твой взгляд, было организовано плохо?
- Можно было не изобретать велосипед и посмотреть, как выглядело всё оборудование у Джоэла. У нас же конструкции сцены не удосужились даже прикрыть фанерой: любой любитель альпинизма мог залезть на высоту 2,5 метра по торчащим лесам и покуражиться наверху.
-Но инцидентов в первый день все же не было?
- Поволноваться милиции, конечно, пришлось, но скандалов, как таковых, не происходило.
- Но на второй день...
- Когда мы пришли репетировать 17-го, я ужаснулся: весь партер был серым от шинелей. Это проходил инструктаж... Уже перед началом выступления в гримёрную пришёл Леша Кабин и передал, что меня ждёт жена. С одним накрашенным глазом я выскочил на улицу, попросил милиционеров пропустить её, когда она подойдёт. Меня, мягко говоря, послали. Я спрыгнул в толпу, нашёл жену, снова подошел к милиционерам, уже, что называется извне. Ответом было: "Иди отсюда, ничего не знаем.". Холодно, я в одной куртке на голое тело, подождал немного, потом спросил у одного из оцепления фамилию, сказал, что именно он будет виновен в срыве концерта, и мы пошли домой. Прошли метров двести, догоняют нас Агафонов с Капустянской. Разговор примерно следующий: "Старик, ты чего, все нормально, он извинится". Возвращаемся. Но кордон незыблем. Подруга жены оказывается в сугробе, я пытаюсь влезть, меня хватает за шею капитан в штатском и начинает валить. Заламывают всем руки и начинают тащить в машину. Но толпа наседает, мол Костю бьют и всё такое, и нас отпускают, хотя двери в "воронок" уже гостеприимно распахнуты... Мы "зализываем раны", а милиционеры отправляются в пикет, где пишут заявление о том, что я избил двоих.
- После драки кулаками не машут, но есть мнение, может следовало отменить концерт?
- Публика ждала. Я хотел выйти и сразу сказать всё, но меня отговорили. Но через три-четыре песни , увидев, как милицейский сапог бьёт по лицу девчонку, лезущую на сцену, и она падает... Я сказал, что думаю по этому поводу.
- Какие обвинения тебе предъявили в итоге?
- Парадоксальность ситуации в том, что никто не вспоминает о происшествии на служебном входе. Проводились сначала очные ставки, на которых двухметровые защитники правопорядка утверждали, что я их избил. Это было почти смешно. Меня обвинили в том, что я произнес фразу-посвящение...
- Как все-таки звучали эти слова?
- "Иностранным гостям, если оные есть в зале, ментам и прочим гадам". Следователь давил на то, чтобы я признал себя виновным по статье 206, часть 2 - злостное хулиганство. А я себя виновным не признаю - я не хулиган.
- Костя, многие все-таки смотрели фильм "Товарищи", слушали "Рэд вэйв"... Как же понимать обращение к иностранцам?
- Во-первых, песня всегда посвящалась иноземцам, а остальные слова вылетели в запале, а во-вторых, "Алиса", к несчастью нашему, не обладает необходимыми мажорскими качествами.
- Концерт устраивал Агафонов. Как он повёл себя в данной ситуации?
- Агафонов - скользкий тип. Мы с ним никогда не имели дела. Сразу после событий 17 ноября он порвал трудовой договор, и мы не получили до сих пор денег за концерты,.. На следствии он вёл себя также - он как бы ни при чём.
- Нет ли во всей этой истории сходства с Альтамонтом? Не оказался ли ты в положении человека, разбудившего бесов и потерявшего власть над ними?
- Когда мы поём медленные песни "Стерх", "Осеннее солнце", народ слушает и успокаивается.
- Я немного не о том. Чувствовал ли ты контроль над аудиторией?
- Конечно. У Джеггера в фильме "Гимми Шелтер" растерянность и испуг. Здесь ничего подобного не было...
- Далее была "Смена", передачи "Открытая дверь" и "Общественное мнение"?
- Да, "Смена" оклеветала нас, "Открытая дверь" захлопнулась перед носом, и лишь на "Общественном мнении" удалось высказаться...
- Я помню, тебе пришлось половину передачи просидеть в холле, ожидая приглашения, чтобы потом, по сигналу, "неожиданно" войти. Но даже когда пришло время твоего выхода, тебя пытались задержать.
- На входе в павильон у меня изъяли документы милиционеры...
- Путём нехитрых переключений на пульте и манипуляций кнопкой "вкл.-выкл." на микрофоне, который она не выпускала из рук, Максимовой удалось превратить твое выступление в рекламу "Музыкального ринга".
- Отношение к "Рингу" у меня, как говорил редактор "Смены", неоднозначное. Однажды мы уже снимались в этой передаче. Весь материал был стерт.
- И ещё один вопрос по поводу официального шоу-бизнеса. Что ты можешь сказать по поводу концерта "Рок против наркотиков", который предполагалось провести в Москве?
- Конкретно я приглашения не получал. А в рок-клубе сказали, что ... хотели видеть "Аквариум", "Алису" и "Кино", но поскольку я могу быть осужден по 206 статье, то моё присутствие там желательно, если успею раскрутиться с ментами...
- Ещё из уголовной хроники. Что случилось в "Прибалтийской"?
- Мы встретились с Н2О ВИДЕО - группой из Германии; немного - совсем немного - посидели в ресторане, хотя нам этого хватило, чтобы понять, что немцы пить слабаки. Потом в баре: я пью сок с АПНщиком, подходит мент и требует документы. Я интересуюсь: с какой стати? Мне начинают ломать руки. Алик Тимошенко, естественно, вступается, и мы отправляемся в пикет. Здесь Алик требует кодекс, ему не только отказывают в этом, но и обещают начистить фэйс... Когда нас ведут через холл, Алику заламывают руку настолько, что он падает и говорит, что дальше не пойдет. Мне не остается ничего, кроме как проявить солидарность и лечь рядом. Нас за четыре кости закидывают в машину, везут в отделение. Туда вслед занами приезжают ребята из АПН. Милиционер... бормочет кому-то в телефонную трубку: "У нас здесь пресса... да... хорошо...". И нас отпускают. У Алика в итоге пропадает кошелек и 800 рублей денег. После этого в Москве меня бомбят повестками уже по этому поводу. А тонкость ситуации в том, что, если я являюсь по вызову, то мне, несмотря на то, что протоколы я не подписывал и медицинскую экспертизу на предмет опьянения не проходил, припаяют штраф... Но это - судимость. А две судимости в течение года - и мне уже нельзя давать условный срок. Я никуда не пошёл, и дело закрылось через два месяца...
- Со "Сменой" судитесь?
- Мы подали на них в суд за клевету, но сотрудники любимой молодежной газеты берут больничные и в суд не являются. Но мы это дело добьём. Даже если меня посадят...
Запись Игоря Леонова.